Егор Холмогоров. Нет, не зря…

Утро начиналось хуже некуда. Уже третий месяц я живу в чудовищном графике человека, который не может заснуть раньше 8 утра и проснуться раньше 5 вечера. Чтобы попасть на вынесение приговора Даниилу Константинову я заставил себя не спать и представляете, как «хорошо» мне было. Доехав по хмаревому отвратительному свинцовому утру до Чертановского суда я узнал, что мне далеко не хуже всех. Именно сегодня, перед началом суда, у Ильи Владиславовича Константинова умерла мама, а у Данилы, соответственно, бабушка. То есть, день обещал стать для и так уже семьи мучеников вдвойне страшным.

Мы приехали значительно раньше объявленного срока, так как существовала вероятность вынесения приговора в более ранний час, чтобы сделать это втихую, без большого количества свидетелей. Но в итоге этого не произошло и люди коротали время за разговорами, дремотой и посиделками в судебном буфете. Я стоял на лестнице и читал. Когда спрашивали что именно – объяснял, что это страшно подрывная книга с которой в российские суды пускать, конечно, нельзя: «Западная традиция права. Эпоха формирования» Г.Дж. Бермана – книга о том, как западноевропейцы поверили, что право есть абсолютная истина, выражающаяся в справедливости по отношению к конкретному человеку.

394058_original

К половине второго людей стало уже очень много. Стало известно, что привезли и Данилу (оказывается, автозаки из СИЗО развозят заключенных по Москве как сельдей в бочке — группами по 30-40 человек — и день суда для любого находящегося в СИЗО является настоящей полноценной пыткой). Люди собрались у входа в зал, но тут появились сотрудники омона в шлемах и с дубинками, которых пригнали на это заседание два автобуса. И началась бессмысленная и позорная сцена. Омон требовал от всех участников группы поддержки, кроме аккредитованных журналистов, забиваться всё дальше и дальше от зала, в глубь коридора. В какой-то момент возникло подозрение, что ни Данилу мы не увидим, ни в зал нас не пустят. В запертом омоном коридоре было душно и тесно, как всё тем же сельдям в той же бочке. Мы стояли возмущенной толпой, сзади молодые люди, пишущие в интернет-сми, отпускали ироничные комментарии в адрес пришедших поддержать Данилу «вип-ов» и весьма злобные в адрес омоновцев. Випов, кстати, и правда было немало – поддержать Даниила пришли Алексей , Дмитрий Гудков, Сергей Шаргунов, Наталья Холмогорова, Александр Белов и Дмитрий Демушкин, и, что совсем было для меня неожиданно, – известный либерал Андрей Илларионов. Снаружи были отрезаны перекрывшим вход в омоном, Владимир Милов, Владимир Тор и много кто еще. В суде было около 50 человек. Снаружи ждали человек сто. И это не говоря о журналистах.

8e0d1ae66e1511e3a81f12784011d369_8

Вот повели Данилу, очень уставшего подгоняли почти что ударами в спину люди в глухих страшных черных масках, как будто это по меньшей мере Ганнибал Лектор. После провода заключенного у нас появилось право пройти в зал, но нам его явно не собирались обеспечивать. Кордон по прежнему стоял. Тогда Илья Владиславович потребовал пропустить его как отца. Ему начали перечить. «- я отец подсудимого, пропустите — а что вы кричите здесь!». И атмосфера сразу взвинтилась – дружные крики «Позор! Требуем проход! Палачи! Полицаи!», в лица омону летят нелицеприятные реплики: «Вы что, не русские что ли? – Да какие они русские? Хари, смотри, наели». Константинов пытается пройти – его хватают и вот уже группа в полсотни человек готова прорвать омоновскую цепь, хотя за нею стоят еще и загрядотряды с большой черной агрессивно лающей собакой без намордника. Тут омон уступает и мы наконец проходим к залу. Несколько участников объясняются с омоновцами, которые оправдываются за свои «наетые морды» и объясняют, что получают по 40 тысяч плюс надбавки (как формируются надбавки и не являются ли они компенсацией за полупалаческие функции как сегодня – интересный вопрос).

Я пытаюсь описать в твиттере, происшедшее медленно проталкиваясь через толпу на входе. И вдруг слышу громкий голос Ильи Владиславовича «Егор где» — меня почти силком вталкивают в зал, где, оказывается, осталось только одно место. Разумеется, в зале могло поместиться гораздо больше народа, но впустили минимум и журналистов (говорят, что Лайфньюс всех растолкал и снимал, загораживая другим вид, но я этого сам не видел, поэтому удостоверить не могу). Зато очень много было омона – в масках и без. Судью Тюркину и клетку с Данилой охраняли так, как будто она выносит приговор серийному маньяку убийце, в то время как вокруг беснуются толпы зомби. Зачем такой провокационный стиль против пожилых, усталых и возмущенных людей – непонятно. В клетке стоял Данила – усталый и отрешенный, даже почти никого не узнавал и вообще не смотрел по сторонам. Впрочем, люди в масках и не давали даже подойти к нему и его ободрить.

Вечером стала известна причина такого вида Данила. По информации от Ильи Владиславочича:

По информации, полученной от адвоката Шкреда В.П. в ходе сегодняшнего заседания, перед началом процесса Даниил Константинов был подвергнут пыткам. Без всякого на то основания сотрудники Группы немедленного реагирования МВД, прикомандированные к Мосгорсуду, несколько раз применили по отношению к нему электрошокеры, а затем сделали растяжку на наручниках. В ходе издевательств звучали всевозможные угрозы.

В течение всего заседания Данила находился в шоковом состоянии и не мог даже говорить.

Адвокатами готовится Заявление о преступлении.

Новость 27 декабря 19.43: «Адвокат Валерий Павлович Шкред вышел от Данилы, по побоям все подтверждаем. Его тел. (903)5492577. Журналисты, за комментариями — к нему. Там жесть: следы побоев, рваная одежда. И были свидетели из числа сотрудников суда. Посмотрим,что они скажут»

Галина Тюркина начала скороговоркой зачитывать приговор. Очень короткий. Обычные вводные. Мы, разумеется, после садистского приема ждем осуждения. И вдруг, как гром среди ясного неба, фраза: «суд не может вынести определенного решения».

В этот момент в интернете информагентства дружно выдают новость: «Суд в Москве признал националиста Константинова виновным в убийстве». Потом эти агентства будут беспомощно отвираться, что их корреспонденты не расслышали приговор. Я обвиняю ИТАР-ТАСС, РИА-НОВОСТИ и Интерфакс во лжи. Российские полуофициозные СМИ неловко беззастенчиво врут о том, что из-за шума не расслышали приговор судьи Тюркиной и ошибочно написали, что виновен.
Раскрою страшную тайну — я глух. Не совсем глух, но глуховат. Я в кабинете не слышу, что мне говорит жена из коридора, всегда всё вынужден слушать на полной громкости, часто переспрашиваю: «Что вы сказали?». Пресса находилась в зале гораздо ближе к судье, чем я. На три метра ближе. За мной очень шумели возмущенные люди.
Так вот, я сразу же услышал слова «суд не может вынести определенного решения». Сразу же. Они не оставляли никаких сомнений и разночтений и судья Тюркина проговорила их громко и отчетливо. И тут же написал об этом в твиттер. А после этого стало резко тише. Я не верю, что три молодых человека — корреспондента разных информагентств еще более глухи, чем я. Не верю, впрочем, и в то, что они настолько непрофессиональны, что не слушали приговор. Просто полуофициозные и официозные агентства выдали в положенный час «домашние заготовки», будучи твердо уверенными в заранее известном приговоре.
О выдаче домашней заготовки говорит и время. Время моего твита со словами Тюркиной — 14.37. Это сразу же — 10 секунд — после произнесения ею ключевых слов. Время новости РИАН — 14.38 — это уже новость с фотографией, заголовком, текстом, подготовленная публикация. На такую новость нужно минимум 5 минут. Судья Тюркина начала оглашать приговор примерно в 14.35. То есть даже если бы она начала оглашение со слов: «Признаю Константинова виновным»(а в первых словах приговора ничего подобного не было и первую фразу, которую можно было принять за признание виновным «обвинение просит признать виновным», судья произнесла совсем не задолго до собственного вердикта, прошло не больше полминуты)  — новость просто не успела бы быть передана и выйти.

Шум замирает и люди начинают вслушиваться в пересказ Тюркиной материалов обвинительного заключения из которых следует, что судья считает, что Константинов действительно повздорил с Темниковым, но как именно произошло убийство неясно, свидетель, так и не названный в приговоре «лже» Сафронов, путается в показаниях и получается, что самого убийства он не видел, а если видел, то картина неясна. «Суд не является карательным органом» — резюмирует судья («Да что вы?» — громко и саркастично спрашивают зале) – а потому, раз обвинение не смогло предъявить достаточных доказательств вины, дело отправляется на доследование.

В этот момент впервые в моем мозгу вспыхивает фраза из «Илиады»: «Нет, не зря!». Напомню, в «Илиаде» троянские старцы видят Елену Прекрасную, восхищаются ею и выносят приговор: «Нет, не зря и Трои мужи, и ахейцы брань за такую и беды столь многие терпят». Это вот «не зря», «невозможно осуждать» — οὐ νέμεσις – стало у греков и византийцев мемом, означающим абсолютно оправданную причину многотрудного и кровопролитного дела. Есть такие вещи и такие битвы, которые по любому счету «не зря». И битва за Данилу была именно из таких.

Не зря множество людей приходили со словами поддержки на суд, тратили на это день от заката до рассвета.

Не зря терпели унижения, а порой – побои, от приставов и омона.

Не зря Илья Владиславович шел горлом на дубинку и не зря его выносили за руки и за ноги на улицу.

Не зря адвокаты Дмитрий Динзе, Денис Зацепин и Василий Шкред собирали свидетельства алиби Данилы и доказательства лжесвидетельства Сафронова.

f687d90c6e2511e3b74c12ecb14186ad_8

Улыбка Дениса Зацепина говорит нам: даже если Ваш процесс политический и заказан важными дядями, то всё равно — с хорошим адвокатом отрицательный результат не предрешен.

Не зря Денис Зацепин, для которого сегодня несомненно победный день, изматывал свидетелей и лжесвидетелей вопросами, ловя их на явной договорной со следствием лжи.

Не зря мы взламывали глухую стену молчания в либеральной печати, так, что о деле Константинова и его невиновности отписались даже самые антинационлистические гранды либеральной журналистики.

Не зря я через десять рогаток пропихивал хотя бы короткий сюжет о Даниле в «Реакции Вассермана» на НТВ.

Не зря Сергей Шаргунов сообщал Путину, окруженному людоедствующими потомками писателей, что вот есть Константинов, которого на каторгу не надо.

Не зря мы создавали атмосферу, в которой ни один даже самый отъявленный негодяй пера не решился тявкнуть в поддержку прокурорской клеветы (вся пропаганда, которую смогли обеспечить этому позорному процессу антиэкстремисты – пара-тройка неприязненных упоминаний Данилы в СМИ – но не в связи с уголовным делом).

Не зря сегодня люди скандировали, шли на омоновцев и собак, «качали права» и тем самым разрушили атмосферу уютного беспредела, которая должна была царить в суде.

Люди, каждый из которых сам про себя был уверен, что у «этих» всё схвачено, всё предрешено, все заранее нарисовано и согласовано и обуха не перешибешь даже сотней плетей, вдруг сплотились в стройный ударный клин и его удар пришелся в точку уязвимости врага (а наш враг, как известно, — не начальства, не власти, а духи злобы поднебесной и нечестивые исполнители их воли).

В колесницу джаггернаута внезапно вставили крепкую палку. Ну невозможно было закрыть пресловутую «оттепель» со свободными трелями Ходорковского и освобожденными феминистками Востока, настолько абсурдным, запредельным, неправосудным приговором, убивавшим саму идею Правосудия, разрушавшим сам фундамент здравого смысла на котором базируются судебный процесс и право. Ну не готовы они были в неблагоприятствующей предолимпиадной атмосфере к такому акту показательного человекоедства. Возможно, не будь всех этих усилий, не будь очевидно, что борьба за Данилу будет долгой и шумной, они по тихому его бы слопали. Но «по тихому» не получилось. Российская Фемида на глазах у всего мира должна быть покончить с собой и, внезапно не захотела этого делать, испуганно завизжав: «Я маленькая девочка, я не хочу ничего решать, я хочу доследование».

То, что решение было принято в последний момент, видно и по действиям омона, накрученного на подавление серьезного протеста, и по «ошибкам» убогих квазигосударственных СМИ, которые сперва выдали ожидаемую новость, что Константинов осужден, а затем вынуждены были исправлять свою лажу.

Аллигатор внезапно поперхнулся.

Не надо, при этом, строить иллюзий. Судья Тюркина своим приговором заявила следующее: «Дело свальсифицировано плохо. Я требую, чтобы его пересфальсифицировали». Она нигде не упомянула в приговоре об алиби Константинова, описывает его драку с Темниковым как реально совершившееся событие. Все, чего она хочет, это чтобы ложь о самом моменте убийства выглядела убедительно. Но проблема в следующем: без жесткого политического заказа в СКР и прокуратуре нет дураков подставляться и перешивать плохо сшитую клевету. Тем более, что на этот раз это невозможно будет сделать в темноте. Только под давлением и контролем. А главное, база этого дела в принципе настолько лжива, что перешить его лучше принципиально невозможно. Все равно оно будет явным фальсификатом от начала и до конца и всякий судья, кто примет это обвинение как основу приговора будет вымазан в грязи по самые уши. Даже назначение в члены Мосгорсуда госпожа Тюркина не восприняла к поощрению, чтобы до такой степени замазаться.

Повторюсь, дело Даниила Константинова – абсолютно скандальное по своей сути. Обвинительный приговор по нему фактически означал бы, что абсолютно любого случайного человека у нас можно обвинить в чем угодно. Произвольно взятого человека связать с любым произвольно взятым преступлением. Потому что судом вообще не принимается во внимание алиби, не предъявляются реальные следственные доказательства, а строиться все обвинение может на лжесвидетельстве одного-единственного человека.

Еще Монтескье говорил, что свидетельство одного человека в принципе не может приниматься судом, потому что это его слово против слова обвиняемого:

«Законы, допускающие гибель человека на основании показаний одного только свидетеля, пагубны для свободы. Разум требует двух свидетелей, потому что свидетель, который утверждает, и обвиняемый, который отрицает, уравновешивают друг друга, и нужно третье лицо для решения дела».
Шарль Луи Монтескье. Дух законов. Кн. 12, гл. 3

Но в нашем случае это свидетельство не просто одного свидетеля, но при этом еще и весьма подозрительного, вора-рецидивиста, патологического лжеца, непрерывно путавшегося в показаниях. Сафронов по всем признакам лжесвидетельствовал, и это было ясно всем, кто присутствовал при его допросе.

Как выяснилось, все же наша судебная система пока еще не готова вот так вот с нахрапа выносить на пустом месте настолько вопиюще антиправовые вердикты. Особенно тогда, когда у дела оказался совершенно очевидный политический контекст: ведь были названы и заказчики в лице одного из управлений МВД. То есть дело выглядело ну совсем уже дутым. Даже для нашей готовой, в общем-то, ко всему системы обвинительный приговор по этому делу оказался уж слишком…

В общем, наиболее очевидная и обнадеживающая перспектива этого дела теперь — медленный развал на стадии доследования. Всё, что могут выиграть заказчики – это то, что они промучат Данилу два полных года – февраль 2012 – февраль 2014. Конечно, подозрения, что дело просто сослано в долгий ящик до окончания Олимпиады, тоже есть и их нельзя сбрасывать со счетов. Но здесь уже всё зависит от нас. Сумеем ли мы создать вокруг этой чудовищной лжи атмосферу такого неприятия, что ни один человек в Кремле, на Старой площади, в СКР и Генпрокуратуре, просто не решится поддерживать дальше эту ложь, сочтет ее опасной и вредной? Это не могут сделать ни сам Константинов, ни адвокаты, — только мы.

Мы должны вынудить фальсификаторов признать, что проще отказаться от лжи и обвинений в адрес Даниила, чем пытаться пропихнуть абсурдный и самоубийственный даже для фикции правосудия приговор.

А еще нам надо банально добиться, чтобы Данилу выпустили на свободу. Отказ судьи изменить меру пресечения со ссылкой на мнимую «общественную опасность» был позором, сразу погасившим все симпатии. Выходя из зала люди дружно скандировали: «Свободу!» и эта свобода, я верю, для Данилы должна скоро наступить. У тех, кто встречал выходивших из зала на улице — было одно и то же недоумение: как такое может быть, что не осужден, но и не на свободе?  И в самом деле — как? Такое, в общем-то, возможно только в рамках юридической системы РФ. Где суд сперва заявляет, что не ведет следствия, а изучает доказательства сторон, а затем предлагает провалившейся стороне пересдачу, игнорировав права блистательно выигравшей стороны.

1a3c80506e4e11e3813412641a6a3562_8

Люди и омон на улице

До сих пор наши усилия не были напрасными, мы боролись за Данилу не зря. Так будет и впредь.

Это не победа и даже не полпобеды. Но это первый шаг к ней. Сегодня даже в природе после хмурого утра уже выглянуло солнце.



Метки: , , , , , , ,

Код вставки в блог

Копировать код
Поделиться:


Если Вы нашли наш проект полезным и познавательным, Вы можете выразить свою солидарность следующими способами:

  • Яндекс Деньги: 410011479359141
  • WebMoney: R212708041842, Z279486862642
  • Карта Сбербанка: 4276 3800 5886 3064

Как еще можно помочь сайту



Оставить комментарий


7 + = девять

Чтобы получить свой собственный аватар, пожалуйста, зарегистрируйтесь на Gravatar.com