Егор Холмогоров. Куriot/Идиот

Встреча Кураева с Пусси Райот за чайком без блинов — это ужасно глупо и вульгарно.

Ничего кроме агрессивной пустоты за этими плясуньями нет. И поставил себя с ними на один уровень плясуна.

о. Андрей, несмотря на все экстраваганции его имиджа, всегда представлялся мне человеком Церкви.

Последние две недели он поднял серьезную внутрицерковную проблему.

Очень болезненную и давно уже нарывающую.

Он всполошил разговором на эту тему множество искренне церковных людей, желающих, чтобы этого пятна позора на Невесте без пятна и порока не было.

Некоторые серьезно рискнули своим положением и своим будущим, чтобы поддержать Кураева открыто.

После чего… возмутитель спокойствия отправился собеседовать о злобе православной с символом кощунников и врагов Церкви.

Не в тюрьму, не в колонию, когда Толоконникова голодала, а «на чаечек» к барышням упоенным триумфом и популярностью только что сфотографировавшимся на фоне Ивана Великого и кремлевских соборов с подписью «Angry Birds на фоне крепости со свиньями» (как вы, наверное, в курсе — крепость свиней птичками должна быть разрушена, за что полагаются очки и бонусы).

Зачем встретился? Поругать склонных к репрессиям церковников и «уговорить» их не продолжать акции.

Это называется «на поклон».

Это называется столкнуть всех тех, кто Кураева поддержал, в лужу с отвратительной им грязью.

При этом, разумеется, накрученная общественность, прочитав беседу обнаружит, что ничего особо крамольного в ней отец протодиакон не говорит.

Да и зачем? Жест сделан.

Пусси, конечно, оказались архиуспешным проектом — многоразовой замазкой для любой проблемы и универсальным сливом.

Два года назад надо было слить Болотную — и вот Навальный уже бегает с плакатом.

Теперь понадобилось «прикрыть» тему с голубыми рясами — и вот уже Кураев не обличитель, а дружок пусек.

По факту, этим жестом о. Андрей «кинул» всех тех, кто поддержал его выступления внутри Церкви как принципиальную и церковную позицию.

Одни ждали Аввакума. Другие пугали Лютером. А получился какой-то священник Григорий Петров.

Как внутрицерковная ситуация поднятая им тема тем самым оказалась закрыта: «против голубых в рясах протестуют только фанаты бесноватых пусек».

И здесь возникает вопрос — все те люди, пострадавшие, чьи письма он публиковал — им теперь надевать балаклавы и плясать в знак протеста?

Или о. Андрей просто обменял их по курсу на статус внецерковной медиазвезды?

В качестве внецерковного «похода на РПЦ» в стиле «не мешайте нам реформировать вашу » эта история не представляет интереса совсем.

Всё это уже было и группа вокруг Бондаренко уже изгалялась, и Гельман вытанцовывал.

Кураев, сейчас, сопричтется к хору кощунников и ничего больше.

Его беседа с Толоконниковой и Алехиной на «Снобе» окажется на одной странице с массовым беснованием так называемых экспертов «Дары волхвов — средневековая подделка». Если нужны какие-то другие доказательства благодатной подлинности этой и её духовной силы, то вот после этих бесноватых корч сомнений не остается.

Любопытно, кстати, насколько зеркально повторяется ситуация с принесением Пояса Богородицы. И тогда и сейчас креаклы бесновались.

Странная пророческая судьба постигает уже второй раз мой диалог «Феопомп», посвященный апологии святынь и чуда, — я пытаюсь представить его публике — и тут же в тот же день случается акция пуссирайот.

И тогда и сейчас беснование вылилось в пляску пусек. Тогда пуськи сплясали в Храме — теперь на Кураеве. Прогресс, в общем и целом, налицо. Отец протодиакон принял удар на себя.

Но вот в Церкви своим жестом о. Андрей осознанно подчеркнул правоту всех тех, кто говорил:

«Тихо Надо Сидеть, гнусностями не возмущаться, никакого оздоровления нет и быть не может. Правильно, мол, мочили — и мало еще мочили. Всех вообще надо мочить».

Собственными руками о. протодиакон выдал свидетельство: «Слушайтесь, детки православные, Кирюшу Фролова и Борю Якеменко. Они во всем правы. Другие пастыри вам не положены».

Очень жаль…

0_3f57f_cb90267d_XL[1]

«Христос спит». Христос и ученики на море Галлилейском в бурю. Миниатюра Евангелие абатиссы Хильды из Мешеде. Ок. 1020 г.

***

Меня давно уже тревожит смутное подозрение, что оптимальная позиция для сегодняшнего православного — это церковный идиотизм.

То есть минимальное соприкосновение с церковными структурами  — не как Телом Христовым, конечно, — а как с институтом и сообществом (точнее, по факту, сообществами). Поскольку это сообщество является фабрикой маловеров и атеистов.

Когда за три дня два известных поп-попа показали, что ставят «вся церковная» ни во что, что Рождество — пустой звук, что правда церковная — разменная карта, чтобы получить билетик в клуб бесноватых — возникает логичное ощущение, что что-то им такое там тайком говорят, после чего они перестают верить в Бога.

При этом наш, простых христиан, опыт веры в Бога абсолютно внутренне достоверен и оспорен быть не может. Мало того, эти люди раньше верили — причем не во «что-то», а именно в Бога, причем в Бога так, как о Нем учит Церковь.

Но, по неким причинам, опыт предстояния сделал их не ближе, а дальше.

Дело тут явно не в «безблагодатности» РПЦ, — соприкасаясь на расстоянии вытянутой руки мы, однако, удостоверяемся в существовании благодати. Но дело и не только в «личных качествах»  — очевидно, что и шоумены и их опоненты, и возмутители спокойствия и сверхправильные и сверхкорректные представляют собой один и тот же религиозный тип — глубоких неверов, глубоких религиозных релятивистов.

Только одни уверены в том, что гешефт состоит в том, чтобы «дурить голову всей этой поповской чушью» то ли ради личной выгоды, то ли, вспомним аргумент Вольтера, для общественного блага. А другие видят удовольствие в том, чтобы разоблачать условности. «Революционеры» и «охранители» в этом смысле стоят друг друга.

Дело, очевидно, в тяжелой аномии, которая разъедает сейчас абсолютно все социальные организмы, все сообщества на этом географическом пространстве. Социальность изначально поражается вирусом предательства и распада. Всякая социальность — будь то партии, интеллектуальные кружки, приходы или что-то еще. Всякая ценность немедленно подвергается тотальной инфляции.

Видимо сохранить сейчас веру, убеждения, позицию, возможно только будучи идиотом.

Идиотом в греческом смысле слова — то есть живущим наособицу, не встраивающимся ни в какие схемы и не принимающим на себя никаких социальных обязательств.

Пока ты предстоишь перед Богом через Его икону. Пока твои собеседники — святые отцы. Пока храм для тебя это место, где тебе дают причастие, где Святой Дух через батюшек, достойных и недостойных, передает тебе Таинство, — ты можешь верить, причем, иногда, верить полной грудью.

Как только начинается «социальная жизнь», твоя и уверенность в невидимом начинают распадаться. И ты начинаешь распадаться вместе с нею.

Ты спрашиваешь Бога: «Господи, где Ты здесь, на этом болоте?» и пытаешься услышать какой-то другой ответ, кроме «Здесь меня нет».

«Христос спит» (свт. Григорий Богослов)

Человеку как социальному животному очень трудно примириться с мыслью, что здесь Бога нет, тем более, что православным христианам, надрессированным проповедью и богословской литературой, очень трудно адаптироваться к попугайской глупости про «Бога в душе».

Но, по факту, сегодня приходится признать, что встретить Бога, раскрыв в одиночестве свой складень гораздо проще, чем в «православном корпусе Наших» или «Обществе христианского просвещения».

Вот на днях только говорил человеку — проблема в том, что сегодня самое опасное место для христианина — это «хороший крепкий приход» с «замечательным батюшкой-духовником» во главе. Это место, где веру можно потерять насовсем.

Видимо сегодня христианину, со всем смирением к иерархии, со всем почтением к ритуалу, таинству и правилам церковной жизни, категорически противясь всякому «модернизму», надо учиться быть идиотом.

Собираться по-двое во Имя Его — семьей.

Беседовать со святыми одному.

Быть одиночкой в толпе.

В толпе к Дарам сейчас легче встретить веру, чем в «православном кружке».

Там вера может быть и неглубокая — как семя при дороге, — но происходит некоторый духовный импринтинг, который не забывается и однажды свою роль сыграет.

Там же где театр Веры-как-Условности — никакой веры на самом деле нет. Это набор самопрезентаций тех, кто хотел бы иметь обертон верующего или церковного человека в имидже.

Будучи идиотом, конечно, легко заблудиться. Зато садясь на Титаник гарантированно можно утонуть.

Учитесь быть идиотами.

Написал это — и, вижу, написал зря.

Сам публичный призыв к идиотизму — уже есть выход из идиотизма.

Код вставки в блог

Копировать код
Поделиться:


Если Вы нашли наш проект полезным и познавательным, Вы можете выразить свою солидарность следующими способами:

  • Яндекс Деньги: 410011479359141
  • WebMoney: R212708041842, Z279486862642
  • Карта Сбербанка: 4276 3800 5886 3064

Как еще можно помочь сайту



Оставить комментарий

Чтобы получить свой собственный аватар, пожалуйста, зарегистрируйтесь на Gravatar.com



Комментарии

  1. «Будучи идиотом, конечно, легко заблудиться. Зато садясь на Титаник гарантированно можно утонуть.»

    На «Титанике» находилось 2207 человек, из них благополучно спаслись 712, т.е. треть от общего количества (32.3 процента). Шанс уцелеть был весьма высоким.

     — Ответить
Вверх