Аритмия (2017)

Аритмия. Россия. 2017. Режиссёр . Сценаристы: Наталия Мещанинова, .

Борис Хлебников — один из самых быстроразвивающихся наших режиссёров. Его предыдущий его фильм «Долгая счастливая жизнь» о нелёгкой судьбе фермера, столкнувшегося с коррупцией, произволом и ленью, вызвал восторженные оценки как социальная драма, но как собственно признания не нашёл. Сам Хлебников имел несчастье засветиться в позорном письме российских кинодеятелей в поддержку Украины отправленном 8 марта 2014 года (что довольно странно с учетом снятой им короткометражки «Коктебель», где Крым представлен Островом Утопии — работая там он должен был бы знать какие в Крыму настроения).

Зато «Аритмия» встречает почти исключительно положительные отзывы от одобрения до восторга. Это удачный баланс острой социальной драмы, производственного кино о работе скорой помощи, романтической истории о любви и попытке развода – и просто очень хорошее кино.

Молодой врач скорой помощи Олег, отличный профессионал – человек невероятно компетентный, смелый, способный на риск ради спасения пациентов. И при этом Олег много пьет, порой бывает неадекватен с окружающими, что очень злит его жену Катю, тоже врача. На протяжении фильма пара пытается развестись.

Хлебникову удалось великолепно показать специфику работы скорой помощи, так что сами врачи выставили высший бал – тут и навязчивые бабушки с воображаемыми болями, и тупящие доктора в приёмном покое, игнорирующие признаки инфаркта, и сектанты, отказывающиеся переливать кровь своим близким, и опоздания на вызов, так что остаётся лишь констатировать смерть. А надо понимать, что, по мере реформаторского коллапса нашей медицины, врач скорой помощи становится тем врачом, с которым мы встречаемся чаще всего и от которого зависит всё больше и больше, так как случаи ему попадаются все более запущенные.

Из производственной драмы «Аритмия» перерастает в социальную, когда на подстанцию скорой помощи приходит новый начальник, бюрократ и ловчила, следующий принципу: пациент может умереть, главное, чтобы он умер не у нас на руках. Защитник индивидуального подхода, Олег, разумеется, оказывается с этой реформированной медициной в принципиальном конфликте. По так называемой «медицинской реформе», приводящей на деле лишь к коллапсу медицины, Хлебников проходится очень жёстко.

Романтическая мелодрама, в которую обёрнута производственная история, получилась очень милой – со стопроцентным узнаванием подробностей быта, эмоциональных порывов молодых людей, которым ещё жить и жить до тридцати, и в своих реакциях они порой сущие подростки. Правда, у меня создалось впечатление, что Хлебников почему-то показывает мир пяти, а то и десятилетней давности.

Моя главная претензия к фильму сводится к одному: так и не удалось сплести личную и профессиональную драму вместе, чем дальше, тем больше они расходятся. Хотя понятно, что в реальной жизни супруги-врачи не столько ссорились бы, сколько обсуждали происходящее у них на работе. А так создаётся впечатление, что сначала сочинили мелодраму, а потом решили вставить в неё эпизоды врачебной жизни, которые и вытягивают на себе фильм.

Разумеется, фильм есть за что упрекнуть, как это делает мой друг и коллега Дмитрий Ольшанский:

«Хлебников очень точно показывает, что главное зло нынешней России – это вовсе не пародийные, специально предназначенные на экспорт упыри из «Левиафана», а бодренькая, гладенькая и бесконечно равнодушная ко всему «оптимизация».
И всё-таки это не Рио-де-Жанейро. Это «советский второй ряд». Хлебников – и это для кино РФ 2017 года, конечно, большое достижение – делает среднюю бытовую картину из СССР какого-нибудь 1982 года. Кино, которое смотришь с удовольствием, без желания выключить и проклинать, — но в котором трагически не хватает буквально всего. Сценариста. Оператора. Музыки хорошей…
Да и просто – плотности, яркости, насыщенности кадра и эпизода. И на уровне первого ряда в СССР, и уж тем более в Голливуде – всё это нужно было бы переписывать и переделывать много раз… Нет ни одной сцены, которая запоминается как картинка. Нет Ярославля как образа, хотя он всё время присутствует на экране. Не доведён до ума и не раскрыт как следует ни один второстепенный герой. Словом, это всё мило и хорошо, но не очень. И тем не менее, это действительно живое русское кино, а не «звягинцев» — и уже за это можно большое спасибо сказать».

Это по-своему справедливо, но тактически неверно. «Аритмия» хороша именно атмосферой дипломной вгиковской короткометражки, и если бы Хлебников начал её «улучшать», а равномерное улучшение, конечно же, не получилось бы, то целостность и единство уровня были бы разрушены, отовсюду торчала бы арматура, тут красивость, а тут прям лужа. Выдержать единый, пусть и бедноватый, общий уровень и эмоционально зацепить зрителя (в сцене с девочкой, которую ударило током – до слёз) – это серьёзное достижение.

Но главное в «Аритмии» — это невероятно мощный заряд оптимизма, который получаешь от такой, казалось бы, не оптимистичной темы как балансирование на грани жизни и смерти. У зрителя забрезжит надежда, что всё-таки в твоей жизни появится ангел с оранжевым чемоданчиком и не даст тебе скончать живот свой до срока. При этом, увидев такой фильм, ты проникаешься верой в то, что даже если представший пред тобой врач скорой выглядит не как ангел, это ещё не значит, что у него не золотые руки. Это и в самом деле тот случай, когда не следует встречать по одёжке и внешности.

Ещё более важно, что этот фильм укрепляет чувство собственного достоинства наших врачей, внушает молодым людям мысль, что несмотря на скудость зарплат, перегрузки и тяжёлый быт, это профессия, которая может реально стать смыслом жизни, что в этом нелёгком труде ты реализуешь себя как человека вполне.

В этом смысле «Аритмия», до некоторой степени, анти-«Доктор Хаус». Герой Хью Лори, Шерлок Холмс медицины, отчасти демобилизовал и парализовал нашего врача. Во-первых, сразу становилось понятно, что он гений, а ты ничтожество, а во-вторых, каждый российский врач понимал, что такой совершенной клиники, техники анализов и большой дружной команды у него не будет никогда. Закономерно возникал соблазн самовыноса из профессии.

И вот появление Олега – нового, нашего героя — в каком-то смысле переключило тумблер. Олег, безусловно, герой – кино на то и кино, чтобы создавать и задавать образ героя. Но почувствовать себя лучше его не так уж и сложно – достаточно мыться почаще и употреблять поменьше. Он не расследует запутанные случаи, он принимает профессиональные решения в экстремальной ситуации, иной раз – весьма рискованные и объективно спорные (мы ведь так и не знаем, спасло девочку его решение надрезать ей грудную клетку, или погубило). А значит, и тут каждый врач сможет сказать: здесь я сделал бы лучше. Возникает то здоровое чувство соревнования, которое мобилизует лучшее в каждом профессионале.

Так «Аритмия» выполняет исключительно важную для любого кино миссию мобилизации добра.

Да и с Крымом в «Аритмии» Хлебников обошелся интересно…

Рецензия включена в новую книгу Егора Холмогорова «Истина в кино. Опыт консервативной икнокритики», которая выйдет в издательстве «Книжный мир» в 2018 г.

Код вставки в блог

Копировать код
Поделиться:


Если Вы нашли наш проект полезным и познавательным, Вы можете выразить свою солидарность следующими способами:

  • Яндекс Деньги: 410011479359141
  • WebMoney: R212708041842, Z279486862642
  • Карта Сбербанка: 4276 3800 5886 3064

Как еще можно помочь сайту



Оставить комментарий

Чтобы получить свой собственный аватар, пожалуйста, зарегистрируйтесь на Gravatar.com



Вверх